Привет
Пользователь:

Пароль:


Запомнить

[ ]
[ ]
В Сети
Гостей: 5, Участников: 0 ...

рекорд 139
(Участников: 1, Гостей: 138) был 15:37 09.08.10

Участников: 796
Новичок: Цветyлечка
Морская болезнь

от rfwj отправить по email элемент содержания печатать элемент содержания
не оценено -

Капитаны уходят по-разному. Одни — в море, другие — на небо. Ну, а те, кто остается на берегу, часто завидуют и тем, и другим. Потому что на берегу им не сахар.

Морская болезнь

Капитаны уходят по-разному. Одни — в море, другие — на небо. Ну, а те, кто остается на берегу, часто завидуют и тем, и другим. Потому что на берегу им не сахар. Взять капитана Владимира Касаткина, который недавно звонил своим друзьям из Америки. Увы — моряк с героической судьбой, который многое сделал для становления рыбной промышленности Калининграда, живет теперь за океаном.

По словам его коллеги и товарища Рудольфа Алексаняна, тоже члена капитанского клуба, причина эмиграции Владимира Семеновича донельзя простая и обидная: капитанской пенсии не хватало на аптеку. Как и большинству тружеников моря, которых по девять месяцев болтало в морях и океанах и которые ежедневно без выходных и проходных держали вахту не двенадцать часов, как ныне (что само по себе еще тот напряг), а все восемнадцать, шансов избежать профессионального заболевания у капитана Касаткина не было. Простатит — палач многих моряков, который, окромя прочих пыток, не прочь помучить своих заложников бессонницей.

Владимир Семенович терпел, сколько мог. Но подвернулся шанс оставить страну, которая легко забывает былые заслуги, и он переехал в США. Сейчас он не только бесплатно получает все необходимые лекарства — там его здоровье интересно не ему одному, к нему заглядывает врач, раз в месяц его отвозят на прием в клинику, чтобы сделать «техосмотр» и провести профилактическое лечение. Как-то на встрече с американскими коллегами он заговорил о том, что в его родном Калининграде все никак не соберутся сделать памятник погибшим морякам. Те удивились и предложили: мол, если и в этом году калининградским ветеранам откажут в финансировании этого проекта, то они сами соберут требуемую сумму.

На встрече в кают-компании Клуба капитанов старые моряки только покачали головами: а что, может быть, американцы и впрямь соберутся сделать то, что свои не могут?

«Секретные материалы»

Хоть и с запозданием, но люди узнали о трагедиях, случившихся с «Туканом», «Моршанским», «Чернышевским». Но о том, что пережили в 1952 году экипажи СРТ «Ракета» и «Гонг», мало кто знает. Если не считать узкого круга крайне заинтересованных лиц.

Первая семилетка после войны. УЭЛ отправляет уже вторую экспедицию в район Исландии — осваивать новые промысловые районы, где ловилась полновесная исландская сельдь, украшенье советского стола. До места, где ждут богатые уловы, рукой подать — пять суток ходу. Ловилась селедка и впрямь хорошо, всем хватало: на тех морских просторах паслись и мурманские, и клайпедские, и наши, калининградские флотилии, и селедка та кормила почитай всю страну — дешево и сердито. Кто знал, какую цену за нее заплатят сорок с лишним калининградских моряков!

Володя Касаткин, курсант второго курса мореходки, не отставал от бывалых людей: среди самых крепких парней тянул на выборке многопудовые сети, мокрый по пояс, не думая, полезно ли для здоровья вот так надрывать живот. Наоборот — радовался, что рыбы много, что план возьмут шутя…

И так день за днем — выбрать сети, вытрясти живое серебро, уложить, спустить в трюм — и по новой, пока все не погружались от усталости в молчание, работали на автопилоте, потом укладывали намокшие сети, добредали до кубрика — и отрубались. Одежда в холодном кубрике (а уже начиналось полярное «бабье лето» со снежными штормами) не успевала высушиваться: поднимались затемно, натягивали непросохшую робу — и все сначала. Рыбка ловилась исправно — каждые три-четыре дня «Ракета», забитая до краев рыбой, шла разгружаться к «Тунгусу».

В тот день судно было загружено до предела — бочки с сельдью заполнили трюмы, палубу, повернуться негде было. А у плавбазы — очередь с десяток судов, тоже на выгрузку. Ночью разразился нешуточный шторм. Только что отстоявшего вахту Володю Касаткина разбудили товарищи — всем на палубу, крепить груз и сети. Волны перекатывали через палубу, заливали трюмы, поверх крышек пришлось «пришпилить» паруса, но вода находила щели…

Вода с неба, вода с моря, смешанная со снегом, играла судном, людьми. Сети то и дело смывало за борт, нужно было успеть подтянуть их, снова выволочь на палубу. Гиблое дело! Так прошел недолгий северный день, сгустился мрак, усилилась метель. Наконец боцман крикнул ребятам спускаться в кубрик — бороться за груз уже не было нужды. И тут многотонная волна обрушилась на палубу.

Володя сквозь оглушающий шум услышал крик боцмана «Спасите!» — и дальше только грохот осевшей на судно водяной горы. За борт смыло и сети, и бочки, и буи, среди вздымающихся гребней еще мелькала голова боцмана, успевшего схватиться за один из них, но его относило все дальше от борта, и товарищи были бессильны помочь ему. Рация вышла из строя — радист пытался ее починить, чтобы передать сигнал SOS, но время шло, экипаж продолжал бороться за живучесть, а об их беде никто не знал.

Носовой кубрик был затоплен, но дверь машинного отделения заколотили, чтобы вода не вывела из строя машины, — механики делали свое дело, капитан и штурманы удерживали курс, каждый боролся за жизнь судна, не думая о своей. На какие-то минуты рация «заговорила», но в эфире было тесно от сигналов бедствия — гибли не одни они. Наконец капитан приказал пустить сигнальные ракеты — самим было не выбраться. Их увидели с соседнего судна, но зрелище было недолгим — погасли и ракеты, и бортовые огни, судно погрузилось в пучину.

Команда прыгала за борт кто с чем — у кого круг, у кого весло, у кого спасательный жилет. Володя с товарищем по курсу Сашей Балакиным оказались с пустыми руками. Третий механик, одетый в спасательный жилет, отдал ребятам свой круг — авось обоих выдержит, и скомандовал прыгать в воду. Траулер дал крен и быстро погружался в штормовые воды. Океанская вода обожгла холодом, сдавила тисками, но ребята выдержали первый шок, не выпуская спасательного круга. Потом к ним прибило и третьего механика, так втроем и держались. Вокруг кричали люди, стали кричать и они, и тут пришло спасенье — капитан соседнего с ними СРТ Климович вышел прямо на них. Тонущих вытаскивали баграми, бросали тросы. Володя все никак не мог онемевшими руками ухватиться за трос, не помнил, как очутился в кают-компании — рядом с товарищами, полуживыми… И все-таки живыми!

В ту ночь полностью погиб экипаж из двадцати восьми человек с калининградского СРТ «Гонг», пропала без вести команда затонувшего клайпедского траулера, на дно океана легло десять иностранных промысловых судов. От экипажа «Ракеты» в «морских страшнах» сгинуло двенадцать человек вместе с капитаном Манилиным.

Калининград не объявил официального траура, но над городом ревели гудки пароходов, друзья и любимые оплакивали потерю — так провожали не вернувшихся с моря.

Володя Касаткин успешно окончил мореходку, со временем стал Владимиром Семеновичем, отходил капитаном сорок лет, отдал морю лучшие годы жизни и свое здоровье. Никаких наград у него за четыре с лишним десятилетия не имеется. Ничего — кроме уважения товарищей, коллег, близких. Второй день своего рождения он не забывает, но для него это праздник со слезами на глазах — печаль о товарищах, погибших в северных широтах, остается с ним. Как и желание отдать им последний долг — поставить памятник, которого, по мнению властей, они не заслужили.

Все еще нерукотворный

— Памятник памятником. Стыдно, если правительство так и не соберется сделать это, а американские капитаны-ветераны успеют, — говорит Рудольф Погосович Алексанян, бывший капитан, а ныне преподаватель вуза, кандидат наук. — Море поглотило немало жизней моряков. Кто их считал? Те, кто не вернулся из той экспедиции 1952-го года — где их могилы? На дне морском. Но ладно — памятник. Почему Володя Касаткин был вынужден оставить родину? Он здесь просто не выживал! Как и многие капитаны, те, самые первые, которые, отпахав свое на войне, как, например, тот же Петр Афанасьевич Чагин, ушли в море — кормить страну дешевой рыбой.

Для меня, как и для всех них, домом была тесная каюта, ходившая ходуном под ногами все девять месяцев в году. Потом — почти такая же каюта в МДМ. Государство за адскую работу не удостоило меня ни метром жилья. Потом напрягся, после очередного рейса внес первый взнос за маленькую полуторку в кооперативном доме…

Своих двоих детей я вырастил там. Диссертацию писал в самом уединенном месте, пристроившись в туалете, делая в работе перерывы по первому требованию. И я не один такой — многие капитаны так и не были вознаграждены за свой героический труд. Хорошо, что я никогда не надеялся ни на кого — сам выучил языки, защитил диссертацию, сейчас, когда перестал ходить в море, занялся преподаванием. Я не бедствую — со временем сумел и квартиру купить, и даже дом построить. Но считаю своим долгом помочь коллегам — пишу, бьюсь, чтобы региональное правительство сделало хотя бы такую же надбавку к пенсиям рыбакам, как в Мурманской области, на Дальнем Востоке. Стыдно — наши власти так ничего для своих моряков и не сделали, если не считать попыток отобрать нашу рыбацкую больницу, первую медсанчасть, которую мы строили своими руками, возвращаясь из рейсов, — чтобы было где лечить свои моряцкие болезни. Смешно — мы толпились в тесном помещении на медкомиссиях, чтобы доказать, что мы здоровы и можем идти в рейс. Доказывали. Шли. Теряли здоровье. А те «рыбаки», которые оставались на берегу, шустрили — получали за нас наши квартиры, наращивали жирок. Теперь вот и больницу отнять хотят — «лечитесь, голуби, лечитесь».

Памятник

Этой весной наши капитаны, участники войны, решили собраться и сфотографироваться на фоне памятника «пионерам океанического промысла». Представьте — не могли найти места, которое не было бы исписано похабными словами и свастиками. Чагин чуть не плакал — ему, фронтовику это было как плевок в лицо: он освобождал Москву, брал Кенигсберг, оставил здоровье в морях. Преемственность поколений? Благодарность властей и потомков?

По старинному поверью, души моряков, сгинувших в морской пучине, никогда не попадут на небо. Именно поэтому они подают сигнал SOS — «save our souls», «спасите наши души». Единственное, что можно сделать для них — поставить памятник. Собственно, в любом портовом городе таковой имеется.

Но Калининград — пока исключение.

Елена Чиркова

- ссылка -
Комментарии
Jurij | 09:58 08.11.06
Комментарии: 150

Регистрация: 00:49 11.04.06
Народ что-то не комментирует- Стыдно — наши власти так ничего для своих моряков и не сделали, если не считать попыток отобрать нашу рыбацкую больницу, первую медсанчасть, которую мы строили своими руками, возвращаясь из рейсов, — чтобы было где лечить свои моряцкие болезни. ,а в Клайпеде уже все отобрано,да и рыбаков нет почти.

rfwj | 14:46 08.11.06

Комментарии: 340


Так и у нас ни моряков, ни судов, ни больниц...плавают под иностранными флагами, так и эти компании за рубежом бросают...и тут помощи не дождешься...

Поместить комментарий
Имя пользователя:
Комментарий:

Именинники в этом месяце:
28.04    КорАнд (50)
08.05    Стас (48)
08.05    xdv (69)
09.05    Артэлектрик (56)

Показать все
Добавить...
В соответствии со своими привилегиями на сайте, вы можете добавить:
... тему на форум
(с) 2006 rfwj
сайт основан на CMS e107.
Внимание! Все материалы размещены исключительно с целью ознакомления посетителей данного сайта. Размещение данных материалов на сайте не преследует агитационных, экстремистских, идеологических, политических, религиозных, экономических, психологических, психических, нейролингвистикопрограммических или иных других целей. Администратор сайта может быть категорически не согласен с позицией авторов - смотрите комментарии к материалам. Материалы берутся из открытых для общего использования информационных источников. Администратор сайта не осуществляет целенаправленный поиск и размещение материалов определенной тематики - материалы ищутся в Интернет по ключевому слову крейсер "Мурманск" или перепечатываются из газет. При перепечатке материалов следует указывать оригинальные источники информации, ссылка на наш сайт обязательна только для авторских материалов.
Администратор сайта не несет ответственности за использование кем-либо данных материалов для чего-либо.